m_1a55c8518f

С этой подводной лодки уже хода нет

Анна Аляска о чемоданах СМИ, псевдонауке, набитых шишках и гармонии с собой. Как говорится: «Из двух зол выбирай наименьшее». Интересно, что считает для себя более подходящим Анна Аляска, студентка третьего курса журналистики, если ей предоставить выбор? Между двумя возможными вариантами развития ее будущего, девушке придется выбрать один.

Журналистика – это ремесло

– Вернемся в 2014 год. Поступление. Журналистика или другая профессия?

Только журналистика. Занимаюсь ей с 7 класса. До этого не знала, кем стать. А тут оказалось, неплохо пишу. Где бы еще я могла себя реализовать? Я закончила физико-математический лицей. Может быть, из меня получился технарь, но физика и математика  не были моими любимыми предметами. Могу с уверенностью сказать, что журналистика – единственная профессия в моей жизни.

– Современная журналистика умирает или процветает?

Она трансформируется. Традиционные СМИ пакуют в чемоданы традиционные жанры и переезжают в Интернет. Суть журналистики остается прежней: информировать и объяснять. Другое дело, в какой форме она существует. Но не стоит торопиться и петь молитвы интернету.  Считается почетным, если о тебе напишет городская газета, покажут по местному каналу. Люди с трепетом хранят эфиры, вырезки. А то, что выложено в интернете, будет круто, если хотя бы останется в закладках браузера.

– Журналистика – это творчество или шаблон?

Ни то, ни другое. Журналистика – это ремесло. Здесь мало вдохновения, главное – факты. Можно обернуть их во вкусную обертку, но это не будет главным. Факты и в шаблон не запихнешь. Журналистика не творческая профессия, разве что журналист не сочиняет мистификации. Это профессия человеческая, надо уметь везде по чуть-чуть.

– Что выбираешь: радио, газета, ТВ или интернет?

Я бы попробовала себя везде, кроме телевидения. У меня проблемы с самооценкой, чтобы здраво воспринимать себя на экране. Интернет – понятие широкое, там можно и газету делать, и телесюжеты выкладывать. Сейчас мне нравится работать в газете. Это хороший опыт перед тем, как уйти в интернет. Журналистам из газет, как правило, легче доверяют, чем интернет корреспондентам. Еще было бы очень круто заняться подкастингом. У меня уже есть пара идей.

– Журналистская теория или журналистская практика? 

Я склонна считать, что журналистской теории не существует. Журналистика – это практика, учение на своих ошибках. В мечтах можно быть крутым журналистом и срезаться на реальном опыте. Теория только предполагает, а практика закрепляет. В журналистике нет места предположениям, есть только факты.

Музыка, семья и“H&M”

– Что предпочтешь после выпуска: реализоваться как журналист или пойти в магистратуру?

Я не люблю учиться, хочу работать, набирать опыт. Но мамуля говорит, что бакалавр – это дно, с таким дипломом никуда не возьмут, только в «H&M», шмотки раскладывать. Диплом бакалавра якобы исключает карьерный рост. Если выбирать магистратуру, то передо мной встает больной вопрос: на кого идти. Ту же специальность выбирать кажется пустой тратой времени. А что еще я могу? Технические специальности – не мое. Культуролог, социолог? Вряд ли мне подобные знания пригодятся. В САФУ, кстати, небольшой выбор магистерских программ. А уехать я не могу. Да и для поступления нужно выступать на конференциях. Я к подобной псевдонауке в журналистике отношусь скептически. Нет же доктора или кандидата журналистских наук. Потому что наук таких нет. Журналистика – это не наука, это жизнь.

– Если сможешь реализоваться, то в будущем что встанет на первое место: семья или журналистская карьера?

Даже сейчас замечаю, что семья для меня важнее всего. Я могу забить на любые задания, если хочу провести время с ними. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на проблемы и работу. Не напишу об этом, так напишу о другом. Журналистика для меня – это именно работа.

–Если не сможешь реализоваться в профессии, то ты выберешь преподавание журналистики или работу пресс-службе?

Где больше платить будут, туда и пойду. Хотя, возможно, преподавание интереснее. Важное качество для журналиста – уметь сделать скучное увлекательным. А к пресс-службам относятся несправедливо пренебрежительно. Они информируют. Сейчас любые контакты с администрацией через пресс-службу.

– В будущем ты будешь верить только самой себе или искать проверенные источники информации?

Не представляю, как можно верить только самой себе. Все люди лгут. Но как можно писать о том, в чем не разбираешься. Люди, общество – это хлеб журналиста, источники. Без них и с голоду помереть можно.

– Если место работы в газете, то «Северный рабочий» или какая-нибудь популярная газета всероссийского масштаба?

Я далеко не загадываю, выше головы не прыгнешь, но попробовать стоит. Сначала надо научиться работать в городской газете, там много трудностей, о которых в теории не

расскажут. Всероссийский уровень требует отработанных навыков, лукавят те, кто говорят, что учился журналистике, например, в «Комсомолке». Шишки набивать лучше дома.

– Если с профессией что-то пойдет не так и на пути будет много трудностей, то все равно журналистика останется важнее или ты решишь заняться музыкой?

Музыка никогда не станет главным предметом в моей жизни. Она всегда со мной, помогает справляться  с трудностями. Трудности для меня не повод бросить журналистику. Ну, покромсают текст, ну, попадется неконтактный герой: все можно пережить. В конце концов, журналистика – это моя единственная профессия. С этой подводной лодки уже хода нет.

Состоявшаяся тетка со своей квартирой

– Какое состояние тебе больше свойственно: ночное вдохновение или дневная апатия? 

Дневная апатия. Много дел, мало времени. Все это накладывает отпечаток. По ночам я хочу только спать, может, полистать соцсети. Так, мне кажется, влияет любая работа. Жить в гармонии с собой – это для веганов или йогов. А простой человек никогда в гармонии не будет, окружающий мир разбивает нежный вакуум.

– Если жить и работать в определенном городе, ты выберешь Архангельск или Северодвинск?

Севчик – моя единственная любовь. Архангельск – грязный город. Как здесь люди живут? В Северодвинске снег тоже иногда не убирают, но в такой грязи мы не тонем. А вечные проблемы «Водоканала» с подачей воды? Единственное, что я люблю в Архангельске – это магазины и клуб «Колесо». Жить хочу только в Северодвинске, или вообще не в нашей области.

– Ты живешь будущим или настоящим?

Исключительно будущим. Я люблю мечтать, откладывать на потом. Как говорится, человек слова, а не дела. Все, что я делаю, создается в последний момент. Причем, лишь потому, что я пообещала сделать. Иногда боюсь обнаружить в 100 лет, что у меня  дел лет на 100 накопилось.

– Что тебе свойственно: следование канонам или выход за пределы возможного?

Скорее, выход за пределы. Я выход из ситуации всегда найду. И скорее всего, он будет неправильным, зато сработает. Действия по регламенту отнимают много времени, а мне надо сделать по-быстрее. Особенно, когда есть привычка оставлять все на последний день.

– Что главенствует в твоих поступках: сердце или разум?

Я – человек расчётливый. Не понимаю, как можно следовать сердцу, оно со мной не разговаривает. Сердцем можно любить, переживать. Но принимает решения всегда разум. Иначе, зачем он, если им не пользоваться?

– Думаешь, ты будешь чувствовать себя юной всю жизнь или когда-нибудь молодость пройдет?

Думала, что в 21 год буду крутой, состоявшейся теткой со своей квартирой и машиной. И вот мне 21, но я не замечаю разницы с тем, когда мне было 15. Кто-то пафосно скажет, что будет вечно молодым. А у меня просто не получается стать взрослой. Я живу с мамочкой, смотрю мультики, не стремлюсь к самостоятельности. У меня есть парень, может, когда мы съедемся, что-то изменится. Но пока я все та же школьница из 8 «Б», и уже боюсь загадывать, изменится ли что-то еще через 7 лет.

Беседовала Вера Бобыкина