DSC_0044

Без Паскаля никак не обойтись

интервью с гончарных дел мастером Михаилом Шумиловым

Михаил Шумилов, выпускник факультета строительства промышленной и гражданской архитектуры АЛТИ, строитель и гончарных дел мастер из Больших Карел рассказывает о секретах своего дела, о том, чем подводная лодка уступает глиняному горшку, и при чем здесь Паскаль.

- Вы сами учились гончарному ремеслу или же его секреты передались вам по наследству?

- Как таковых учебных заведений по гончарному ремеслу нет, поэтому все приобретается практическим путем. Например, в Мезенском районе, поселке Каменка, был Рюмин Александр Степанович, мезенский гончар, выходец из деревни Тимощелье. Это была  деревня гончаров. Я ездил к нему. Ездил и на Украину в Черниговскую область, Запорожье, Киев. Учился у местных мастеров.

- В каком возрасте вы начали путь гончара?

- В 25-26 лет.

- Было сложно?

- В 25 лет что трудного бывает. Смешно.

- Есть ли какая-то специальная литература по гончарному делу?

- Море литературы по подготовке, обжигу, формовке глины. Самый хороший разрез – времен столыпинских реформ, даже предшествовавших им. Это рубеж 19 – начала 20 веков. Тогда пошла поддержка внеземледельческих кустарных промыслов, то есть для крестьян. Это литература интересная и понятная.

- Где вы изготавливаете свои изделия?

- Мастерская четыре на четыре метра, горн отдельно. Глину готовлю на улице летом.

- Имеет ли значение древесина, которой топят горн?

- Дрова нужны либо сосна, либо ель. Самый лучший вариант. Нужны дрова длиннопламенные. Береза, например, жаркая, но короткопламенная. Тут целая теория сгорания топлива. Нужна не только химия, но и физика. Без Паскаля никак не обойтись.

- Какую глину вы используете для обжига?

- Чистая глина, ничего я с ней не делаю практически. Иногда добавляю кварцевый песок. Глина из Уймы. Там были кирпичные заводы, остались старые карьеры. Беру там, если в нижний горизонт уйти можно. Но основную глину я беру в Емецке. Потому что под Емецком по сути дела был хороший, большой гончарный центр, товарное производство. Обеспечивали не только сам Емецк, но и на лодках спускались на Архангельск, поскольку потребитель основный был здесь, например, Холмогоры.  Все гончары из-под Емецка носили фамилию Аксеновы, такой род был.

- Сколько времени уходит, например, на один горшок?

- Это трудно сказать. Ну, пять минут, десять. Иногда на круге доводить же надо все. Если глину не покупаешь готовую в магазине, берешь на складе, а копаешь сам, понятно, что за ней же надо приехать, выкопать, добыть, привезти, обработать, выметать — достаточно много времени занимает это. Обжиг занимает очень много. Погода должна быть: не ветер, не шторм. Чтобы тяга была в печке.Тонкостей много очень.

- При какой температуре производится обжиг?

- 950-1000 градусов. При этой температуре [горшки] как лампочки светятся, прозрачные. Такие соломенно-оранжевого цвета, как солнце.

- От чего зависит цвет изделий?

- Техника обжига. Одна и та же глина, например, красная будет. Черная – обжиг восстановительный, красная – обжиг окислительный. Техники очень старые.

- Можете рассказать подробнее про техники обжига?

- Честно говоря, это тема лекции. Могу сказать тезисами. По-ленински. Окислительный обжиг. Температура обжига 950, условимся, 1000 градусов. И когда мы обжигаем там горшки, поднимаем температуру. Вокруг горшков воздух. А в воздухе что? Кислород. И поэтому посуда горячая. Все, что может окислиться, в черепке, окисляется в высокой температуре. В том числе и железо, которое очень сильно влияет на цвет. А если железа много, а здесь железа много, видишь, какой он яркий, то железо, окислившись, превращается в Fe2O3 – окись железа. Как на лопатах, на чайниках. Оно придает тональность. Железа мало – он бы был бледно-охристый. Железа практически нет – белый. Фарфор, например, фаянс. В исходной массе там железо практически отсутствует.

Восстановительный обжиг. Конечная температура та же самая, но газовая среда вокруг горшков другая, восстановительная. Кислород не приветствуется. Желательно, чтобы его не было, или было по-минимуму, а был восстановитель. Восстановитель самый древний – угарный газ и свободный углерод. В дровяном горне я могу создать условия восстановительные в камере, где горшки: избыточное количество угарного газа и углерода.

- Как вы считаете, в нынешнее время важно то, чем вы занимаетесь?

- Я уже когда-то говорил об этом сам не раз. Горшки такая вещь — без них жить можно. Без подводных лодок, наверное, жить нельзя сейчас. Они жизненно необходимы. Это настоящее нашего времени. Горшки, может быть, тоже настоящее, но с другой стороны…   Ну, не будет горшков и не будет горшков. Это история. Есть другая базовая вещь, которая больше, чем подводная лодка: поесть желание. Все хотят поесть. И хотят поесть вкусно. Поэтому запекаемая в русских печах еда имеет преимущества перед другой пищей. Вот это та реальность, на которой я стою. Зачастую приезжают не просто, условно, женщины-хозяйки, которые за горшками ездят, но и мужики, которые для своих жен покупают, рыбаки-охотники.

- Гончарное дело для вас сейчас – хобби или работа?   

- Это не ограничивается. Переходного этапа нет, команды нет, отмашки нет никакой: пост сдал – пост принял. Тем более мне повезло – я ушел на пенсию сейчас, успел вовремя. Поэтому снял с себя все обязательства налогоплательщика в виде ИП и всего прочего. Сейчас я голый пенсионер, и это хорошо.

Владислав Корелин, фото автора и из личного архива Михаила Шумилова