IMG_9602

“Я обычно выкладываюсь полностью”: продюсер Мария Михайлова о работе в кино

Исполнительный продюсер Мария Михайлова работает в киноиндустрии уже десять лет. Она уверена, что работа в этой профессии требует творческого взаимодействия, личной отдачи и полного погружения в процесс. О масштабных проектах и работе с людьми творческой профессии — в нашем интервью

- О какой профессии Вы мечтали в детстве?

Парикмахер

- То есть у Вас не было желания выбрать творческую профессию?

Нет, не было. Я была от этого далека. Мало того, что когда я попала в кино, я пришла работать помощником юриста, потому что у меня было среднее специальное образование: я окончила юридический колледж. У меня был знакомый, у которого папа режиссер. Я решила вести самостоятельную жизнь, мне тогда только-только исполнилось 18. Знакомый организовал мне встречу с отцом, и он взял меня на работу с бумагами. Я поняла, что никакого юриста нет и помогать некому. Мне пришлось во всем этом разбираться. Проработав полгода, я себе сказала, что мне это не нужно, мне это неинтересно, я вообще не хочу этим заниматься.

Режиссер сказал, что меня не отпустит, спросил, что я хочу делать.

Я ответила, что хочу заниматься кино, хочу вести кинопроизводство. Так я и стала работать помощником режиссера.

- Почему профессия исполнительного продюсера может стать мечтой?

Первое — доход. Второе — всякие профессии могут быть мечтой. Плюс еще — работа вне офиса, это не работа по графику с 10 до 18. Это творческая сфера, хоть она и не напрямую относится к творчеству.

- Насколько удачна была Ваша первая работа в кино как исполнительного продюсера?

Из масштабных проектов это был, наверное, «Герой» с Димой Биланом, крупный, на широкие экраны, потому что до этого были документальные фильмы, сериалы. Я не считаю их за масштабную работу. «Герой» все-таки выходил на международный уровень. Мне кажется, что это была первая серьезная картина.

- Какие качества помогли Вам реализоваться в профессии?

Я думаю, что упорство. Это первое. Я уже 10 лет работаю в кино. И последние года два стала ценить свое личное время, потому что раньше у меня его не было вообще. Моя жизнь полностью была посвящена работе, кино. Дни, ночи, выходные, каникулы. Наверное, это все-таки дало результат. Многие сторонние организации сейчас спрашивают у меня, не могу ли я провести их проект, сделать его от начала до конца, приглашают на работу. Но, к сожалению, так как я работаю в штате, то уйти не могу. У меня “взорвется” голова от большого количества проектов. Я все-таки думаю, что это целеустремленность и желание чего-то добиться.

- А сейчас как много времени Вы уделяете работе?

Много, но меньше, [чем раньше]. Я сейчас отказалась от проекта. Благо, мне дали такую возможность мои руководители, потому что после «Собибора», большого международного проекта… Премьера — это такой период, который равносилен созданию фильма. То есть отдельная жизнь, не менее сложная. Подготовить премьеру, организовать все это.. Все вместе это соединилось с сериалом, которым мне нужно было делать с Павлом Прилучным в главной роли для Первого канала. Премьера, сдача фильма, параллельно сериал — все это настолько вымотало, что у меня начались проблемы со здоровьем.

Я поняла, что если сейчас не откажусь от проекта, то все, меня можно в клинику неврозов отправлять.

Сейчас я отказалась работать над фильмом, потому что поняла, что у меня просто нет сил. Я не могу вести проект не в полную силу. Я обычно выкладываюсь полностью по всем ресурсам, поднимаю все связи, которые у меня есть: по актерам, по локациям. Это очень много отнимает времени. Я поняла, что не хочу делать этот проект абы как, поэтому я от него отказалась. Ну и второй момент это был, конечно, режиссер. Режиссер — это голова кинопроизводства, от него все идет. Все мы — это остальное: шея, руки, ноги. И я поняла, что просто не могу сделать проект в том качестве, в котором мне бы хотелось. Этот человек оказался энергетически не моим и очень сложным человеком, поэтому мы взяли исполнительного продюсера со стороны, который не знаком с режиссером.

- Было ли у Вас желание отключить телефон и полностью забыть о работе?

Оно у меня каждый день. Последние полгода компания немного выросла. Мы взяли в штат еще сотрудников, которые помогают нам. Стало немножко легче дышать. И звонков стало меньше. Просто люди взяли на себя ответственность: звонки, переписки со сторонними организациями.

- Ваше первое впечатление от съемочной площадки?

Первое впечатление у меня было положительным. Мне было 18 лет. У меня не киношная семья, для меня увидеть каких-то актеров — это было прям «вау». Наверное, такое впечатление было из-за того, что это что-то новое, не то, что ты обычно видишь на экране, у тебя это тут рядом, внедряешься в процесс, являешься частью этого. Интересные эмоции и чувства были, но

я никогда не страдала тем, чтобы с кем-то сфотографироваться, у меня не было никогда кумиров, я как-то спокойно этот момент пережила.

Я очень не люблю дружить с актерами, к звездности не тянусь. Хотя, на «Собиборе» Хабенский был единственным актером, режиссером, с которым я попросила сфотографироваться. Он пошел ко мне на встречу, хотя не любит фотографироваться, вот это была единственная фотография, которую я целенаправленно попросила у актера, потому что для меня он человек с большой буквы во всех сферах: в профессиональных и человеческих.

- Кто на съемочной площадке организует рабочий процесс?

Все организуют, но рабочий съемочный процесс — очень широко объемлющий, каждая единица выполняет какую-то функцию, задачу. Режис серы с продюсерами, например, набирают персонал, согласовывают план действий, второй режиссер по планированию этот план выполняет. Каждая единица важна.

- Как часто Вы собираетесь с коллегами, чтобы обсудить работу над проектом?

Всегда. Есть сценарий, есть заказ на сценарий, есть деньги, утвержден режиссер, набрана команда, то встречи происходят каждый день по восемь часов. Встречи нужны. Кино — это момент взаимодействия и постоянного контакта. С художниками, гримерами, с компьютерной графикой, со сценаристами. Это общение нон-стоп. Это к разговору о том, что хочется выкинуть телефон, потому что процесс постоянный.

- Какой проект для Вас был самым удачным?

«Собибор», думаю, самый удачный, коммерчески выгодный, самый масштабный и самый политический. С учетом того, что сейчас происходит в мире с политикой, «Собибор» оказался политическим проектом, хотя таким не задумывался изначально. На стадии сценария, это было года четыре назад, всех этих историй с Польшей, с тем, что наши памятники оттуда вывозятся, все наши упоминания о Советской Армии, в тот момент на территории Европы, сейчас выписывается из исторических учебников… У нас был уже написан сценарий, когда начались памятные символы с советскими солдатами в Польше. Мы под это попали. Думали, чем это закончится. Слава Богу, все закончилось хорошо. И в Польше у нас была премьера, и всем все очень понравилось. В общем, да, «Собибор» самый востребованный.

- Насколько сложно (или наоборот легко) работать с людьми творческой профессии?

Сложно, потому что у каждого свой внутренний мир, у каждого свое виденье. И мне как человеку, который должен все эти видения окружающих меня творческих людей соединить и собрать в единое целое, в один проект, найти с разными людьми компромисс, соединить эти компромиссы, достаточно сложно, если люди не идут на контакт. Все от людей зависит.

Юлия Копылова

фотографии из личного архива героини